Новодевичий монастырь

Возвращаясь в Москву…

Возвращаясь в Москву, встречаешь красавицу в новой одежке, с новыми тротуарами, новыми скверами и организованными платными парковками. Теперь в Москве хочется иногда бросить автомобиль и просто погулять.

Возвращаясь в Москву, попадаешь в стремительно крутящуюся динамо-машину, которая высасывает из тебя всю энергию. Несколько дней постоянных встреч в разных частях города с разными, но очень дорогими сердцу людьми. А в перерывах — дорога. Долгие часы за рулем, с чашкой кофе в подстаканнике и запасным комплектом одежды в багажнике.

Возвращаясь в Москву, понимаешь, что у тебя есть друзья. Не один друг, не пара друзей, а друзья. Твои единомышленники, с которыми есть о чем поговорить без конца. Те, кого хочется обнять со слезами радости на глазах, потому что ты очень по ним скучал.

Возвращаясь в Москву, первым делом несешься домой — к вечно молодым папе и маме. Самым близким, самым нужным, самым любимым и любящим. Они не дают забыть, что где-то глубоко внутри тебя живет ребенок — открытый, добрый человечек, в котором нет лукавства, а только бесконечная радость и задор.

Возвращаясь в Москву, видишь пламенеющие купола нарядных церквей и понимаешь, что ты — дома, в православной столице православной страны. По-прежнему многое неустроено, по-прежнему много невежества и хамства, но вот эти золочёные луковки напоминают тебе, что есть надежда, что Господь — рядом; что Богородица своим Покровом всё еще хранит и этот город, твой дом и тебя. Пока ты здесь…

Новодевичий монастырь

Концепция ненависти

Позапрошлой ночью в Цюрихе сотни человек в масках прошли по центру города, бросая камни в витрины магазинов, разбивая припаркованные автомобили и закидывая полицейских петардами. В новостях на мейл.ру говорится, что демонстранты выступали против слишком «буржуазного облика улиц”. Швейцарские СМИ, напротив, утверждают, что демонстранты вообще не имели ясно сформулированной цели. Просто связались двести человек по смс, облачились в темное, прикрыли лица масками и пошли громить исторический центр. Семь полицейских сильно пострадали, ущерба имущества на сотни тысяч франков… Вот такой флешмоб*.

А сегодня одной из прихожанок цюрихского храма Воскресения Христова сын принес из школы интересные новости. В кантональной школе Цуга учитель на уроке истории спросил их, как они относятся к России. Больше половины ребят ответили, что Россию они ненавидят или же относятся к ней крайне негативно. Понятное дело, что сами подростки подобное мнение сформировать не способны. Европейские СМИ обработали сначала их родителей, а через них — и самих школьников, в результате чего в швейцарском обществе возникла концепция ненависти к России. Это тем более странно, что швейцарцы, в основной своей массе, — мирный и дружелюбный народ. Они рано встают, скромно живут, любят природу и очень чистоплотны. Казалось бы, с подобным менталитетом они должны быть рады всем вокруг, особенно россиянам, которые с давних пор приезжают к ним пожить на широкую ногу, положить в местные банки огромные деньги и оживить швейцарскую культуру. Но вопреки здравому смыслу они начинают смотреть на россиян враждебно.

Может быть, так оно и получается — сначала детям вместо любви к ближним прививают, по политическим мотивам, ничем не обоснованную ненависть к определенной группе лиц. А спустя пять-семь лет дети вырастают с привычкой ненавидеть и стремлением разрушать и калечить. Возникает поколение безмозглых бойцовских собак в человеческом обличье, готовых рвать без разбору своих и чужих. Им безразличны государственные границы, они равнодушны к искусству, у них нет идеалов, только слепая жажда насилия…

======================
* Флешмо́б или флэшмоб (от англ. flash mob — flash — вспышка; миг, мгновение; mob — толпа; переводится как «мгновенная толпа»; ср. напр. flash flood, «внезапный паводок») — это заранее спланированная массовая акция, в которой большая группа людей появляется в общественном месте, выполняет заранее оговоренные действия (сценарий) и затем расходится. (с) Википедия

Opera On Ice 2013

Кое-что еще про оперные будни

Аэропорт Парижа. Я пью вторую чашку кофе и слушаю сборник арий в исполнении Джузеппе Таддеи, одного из самых интересных вердиевских голосов в истории оперы. Через полтора часа начнется посадка на мой рейс, и во время полета я переключусь на два альбома Чечилии Бартоли, которые скачал утром, перед тем как покинул отель в Санкт-Петербурге; или же буду смотреть «Фауста» из Ковент-Гардена с участием Аланьи, Тервеля (на самом деле, его фамилия на уэлльском диалекте призносится именно так), Георгиу и Кинлисайда.

Вот он, мир, в котором живут оперные певцы. Мы просыпаемся, съедаем свой завтрак и топаем на репетицию очередной оперы. Через несколько часов мы снова едим, общаясь с коллегами на самые разные темы за ланчем, и опять репетируем до вечера. А после этого приходим домой, где нас ждут наши близкие, с которыми мы должны будем обсудить события прошедшего дня, забавные репетиционные моменты и различные аспекты профессии — слухи и новости из профессиональной среды.

В некоторые дни недели у нас бывают спектакли и концерты, иногда по два-три-четыре представления в день. А в свободное время мы летаем на самолетах через весь земной шар и либо готовим новую партию к спектаклю, который состоится только через несколько лет, либо читаем литературу, необходимую для постижения атмосферы впеваемой оперы — литературные и музыкальные первоисточники, исторические комментарии и факты, психологические работы, помогающие нам лучше осмыслить психологическую партитуру оперы в целом и своей роли в частности.

Но если нам надоедает работать над музыкой, мы читаем книги для удовольствия. Например, биографию Леонарда Бернстайна (одного из моих любимых дирижеров) на немецком языке, чтобы не только познакомиться с выдающейся личностью, но и поднять уровень знания иностранного языка, это потом пригодится для исполнения немецкой музыки и работы с немецкоговорящими коллегами.

Но если чтение книг и нот вызывает лишь утомление и скуку, мы включаем на ноутбуке запись какой-нибудь интересной постановки всем известных «Фауста», «Отелло», «Пиковой дамы» и других великих произведений, чтобы посмотреть на знакомые, кажется, творения с новой точки зрения, указанной режиссером, дирижером и артистами. Также мы всегда можем сходить в тот театр, где мы в данный момент работаем, и посмотреть те спектакли, в которых мы не задействованы, чтобы потом поздравить своих коллег с захватывающим дух представлением, дать им полезный совет или немного поругать.

Но порой даже это набивает оскомину, потому что кроме музыки в жизни, казалось бы, ничего и нет. Тогда мы просто выходим на улицу и бредем куда глаза глядят. Например, вчера я пару часов гулял по Невскому проспекту Санкт-Петербурга и дышал этим городом, любовался его жителями и слушал в плеере новый вердиевский альбом Йонаса Кауфманна…

Да и сейчас, вместо отдыха и аэропортной дрёмы в зале ожидания я сижу и пишу свое видение жизни оперного артиста, под пение Таддеи и с кофейным привкусом во рту. А через несколько часов я буду уже в Цюрихе — петь вокальные упражнения у себя дома, играть на фортепиано клавир «Богемы» Пуччини и читать книгу о Бернстайне, пока меня не сморит сон.

Opera On Ice 2013

Тоска по куполам

Очень часто мы, российские христиане, живущие в больших городах, не понимаем, какое счастье нам предоставлено Богом — возможность часто видеть золотые купола наших храмов, креститься при виде наших церквей и посещать службы в этих неповторимых расписанных стенах. Вспоминая сейчас глупые претензии многочисленных противников Церкви в том, что мы слишком много денег вкладываем в украшение храмов, что мы должны быть скромнее и разумнее расходовать денежные средства, строить больше приютов, больниц и других социальных учреждений, я испытываю глубокую печаль и сожаление. Потому что в Европе мне больше всего не хватает именно золотых куполов и нарядных иконостасов. Порой бывает очень тоскливо бродить несколько часов по городу и ни разу не осенить себя крестным знамением при виде православного храма, потому что его нет. Тоскливо и грустно. Потому что золото на крыше — не прихоть, а символ. Оно может быть как выражением надменности, так и символом радости, света и надежды. Безумец тот, кто стремится украсить драгоценным металлом все вокруг ради демонстрации своего социального статуса и финансовых возможностей. Но тот, кто богато украшает церковь, просто благодарит Бога за Его заботу. Такой человек признает, что он — лишь управляющий и распорядитель, но никак не владелец всех житейских благ. Он помогает окружающим вспомнить, что даже если вокруг царит мрак, серость и разложение, в церкви — всегда свет и благодать, в церкви — утешение, в церкви — объятия Господа…

Холостой вылет

Все-таки сегодня я не улечу — злые гремлины вывели из строя наш самолет, и поэтому добрые гремлины вынуждены были сообщить нам, что всех бездомных разместят до завтрашнего утра в гостинице, а всех домашних развезут по их аппартаментам. Было предложено забрать свой багаж и завтра притащить его с собой, но в моем случае это было бы не лучшей идеей. Дело в том, что я упаковал абсолютно все свои пожитки с венской квартиры, ведь на ближайшие пару месяцев поселюсь в Москве, а затем на год укачу в Цюрих. Конечно, все сроки примерные, но смысл в том, что из Вены я постарался вывезти все, что смог. Может, самолет, как переевшая птица, не смог подняться в воздух с моими пухлыми чемоданами в своем железном брюхе? Теперь где-то стоит, отдувается. А мне тем временем придется вернуться в пока еще свою квартиру и немного поспать. Авиакомпания назначила вторую попытку на 12.40. Посмотрим, какой результат будет на этот раз. До связи.

Слоны, жирафы, кенгуру…

Мой вылет из Вены в Москву задерживается на неопределенный срок. У воздушного судна сломался стояночный тормоз, и поэтому всех пассажиров после короткой экскурсии по взлетной полосе высадили в автобус и переместили в зону duty free. Очень кстати, ведь я забыл купить папе коробку шоколадных моцарталлеров.
Идя по коридорам аэропорта, мы похожи на стадо покорных животных — сейчас пощиплем бутербродов, попьем водички и стоя уснем. Картина вырисовывается скверная, но я радуюсь. Радуюсь, потому что вчера брал благословение на путешествие, и значит, эта задержка мне во благо; радуюсь, потому что непредвиденные обстоятельства нарушают рутину; радуюсь, потому что люди вокруг меня бродят с кислыми минами, и хоть кому-то надо сохранять оптимистический взгляд на вещи.
Печально только, что Москва, мой родной и, несмотря ни на какие пробки, горячо любимый город, меня не принимает. Наверное, ревнует к Вене. В самом деле, я для Москвы теперь — иностранец и чужой. Да и сам при возвращении каждый раз испытываю смешанные чувства — все кажется знакомым и близким, но отдает легким помешательством. Получается, я от Москвы отстраняюсь, а она обижается и знать меня не хочет. Приходится куковать в заграничном аэропорту и ждать, пока она утихомирит свой пыл и снизойдет до встречи со мной, со всеми нами — пассажирами воздушного судна, которое никуда не плывет. Может, окружающие меня люди тоже как-то провинились перед родиной? Хотя кто из разберет. Сейчас чего-то пожевали и успокоились — слоны, жирафы, кенгуру…

Кручу, верчу, запутать хочу!

Я снова в Петербурге, всего на один день — отработать концерт, и обратно в Вену, еще на несколько дней. А потом 2го июня в Москву, чтобы 6го вылететь в Питер. Неудивительно, что моим любимым аттракционом в луна-парке всегда была карусель. Большая такая, без лошадок и зайчиков, а с длинными цепями и крохотными стульчиками на их концах. Чтобы действительно захватывало дух, чтобы где-то рядом мельтешили зеленые кроны и голубое небо. В какой-то момент казалось, что вот именно ты не двигаешься с места, а мир вертится юлой. Кстати, сейчас детишкам кто-нибудь покупает юлу? В большинстве семей, которые мне встречались, малыши игрались с разноцветными макетами автомобилей (пианино, домиков, whatever), усыпанных огромными кнопками, которые при нажатии на них издавали отвратительные звуки, отдаленно напоминающие тех же лошадок, зайчиков, кошечек. Это ведь совершенно нормально, чтобы из машины раздавалось мяуканье, верно?
Мои игрушки, слава Богу, были довольно тихими. За исключением, наверное, межгалактического сверхлазерного бластера (лукавый смайл). Когда мне его купили, я чуть не свел своих родителей с ума, без конца выстреливая пронзительными (пи-и-и-у, тра-та-та-та, пи-и-и-иу, пи-и-у) залпами из серого пластикового ствола. Папу с мамой спасло то, что в бластере очень быстро сели батарейки (я постарался 🙂 ), и эта забава мне наскучила. Зато юлу я любил. Сначала она у меня была большая и золотистая, но потом, когда я ее сломал, то разобрал машинку на радиоуправлении, вытащил из нее шестеренки, и уже из них сделал себе маятники вроде того, который Ди Каприо запускает в финале «Inception». Получались маленькие белые юлы (или юлОчки). Мы с моими товарищами вообще как-то любили работать руками и мастерили иногда игрушки себе сами. У меня было четыре или пять конструкторов Лего (космос, дачный участок и др.; техникс-наборы тогда еще не появились), и я, после того как все сделал по инструкции и собрал стандартные модели, перемешал все наборы и стал создавать сначала огромный космический корабль, потом пытался спроектировать машинку, которая не разлеталась бы на мелкие детали при падении с высоты полутора метров (мне это, в итоге, удалось, но получился этакий лего-БТР). В общем, времени зря не терял. 🙂
По-настоящему шумной, звуковой игрушкой для меня стала приставка Денди. По качеству графики это было все равно что тот же самый лего, только на дисплее и в движении. Сопровождался он настолько же низкокачественной музыкой (до сих пор помню все темы из Супер Марио, что бы сказали на это мои педагоги по муз. литературе?). Но тогда эта приставка равнялась нынешней PS4 или Xbox. Папа подарил мне ее на день рождения. Естественно, я ее сразу распаковал, подключил к телевизору и стал играть. Час. Два. Три. Четыре. В какой-то момент папа позвал меня ужинать, но я не откликнулся — наверное, мокрушил очередного босса в Черепашках-ниндзя (до этого у меня были все четыре черепахи в «аналоговом варианте», одни из самых любимых игрушек). Тогда отец понял, что сына надо спасать, выключил телевизор, собрал все обратно в коробку и куда-то унес. Больше свою Денди я никогда не видел. Наши отношения были такими короткими, но я до сих пор ее помню… (всхлип)
Именно из-за отсутствия компьютера и приставок, а также из-за ограничения времени, которое мне позволялось проводить перед телевизором, я немного затянул с конструкторами, шестеренками и юлой. Символично, потому что теперь и сам верчусь, как юла: Копенгаген, Вена, Петербург, Вена, Москва, Петербург, Берлин, Москва, Копенгаген, Амстердам. Юхххууууу!

14 января 2012

От Барселоны до Карузо

Я долго пытался составить себе цельное представление о путешествии в Барселону, об этом городе, но так и не смог этого сделать. Был обычный конкурс, с регистрацией у секретаря, с вокалистами, жюри и слушателями; был город, такой же грязный, как и многие другие на нашей планете, с несколькими приятными неожиданностями вроде ясной погоды, Саграда Фамилиа и мандаринов, растущих прямо на улице; было общение с коллегами, со старыми знакомыми, которых я совершенно случайно встретил на главной пешеходной аллее. И все это как-то не вместе, как-то скопом. Да еще этот запоздалый чемодан…

14 января 2012

Барселона: долетел… частично

Я — экономный человек, меня так воспитал отец. И покупая авиабилеты, я стараюсь взять подешевле, потому что комфорт меня по молодости практически не заботит, а транзитные рейсы не вызывают перенапряжения. Поэтому я полетел в Барселону через Амстердам, это был самый демократичный вариант. Вылетал из Москвы в 6.45 утра, поэтому в самолете я, конечно, моментально отключился, а открыл глаза когда мы уже сели. Этих нескольки часов мне, конечно, не хватило, чтобы восстановить силы, поэтому при выходе из самолета я чувствовал себя скверно и практически валился с ног. Я добрел до ближайшего кафе и взял себе чашечку горячего латте, чтобы немного освежиться, а потом так же медленно пошел в сторону выхода к самолету Амстердам-Барселона. Шел медленно, а надо было бежать как антилопа, потому что когда я только вышел из московского самолета, посадка на рейс в Барселону уже была открыта. Аэропорт оказался каким-то огромным; у меня стал барахлить мобильный телефон, показывая время на час вперед; понадобилось опять пройти пасспортный контроль и таможенный досмотр; на пять минут я завис у информационного табло, чтобы удостовериться, что в моем посадочном талоне указан правильный выход к трапу… В общем, мой самолет улетел без меня.